Часы Roman Nikonov Марс и Венера

На старте проекта художник создает эскиз. Это не технический рисунок, а авторская композиция, в которой уже заложена будущая эстетика изделия. Каждая линия, каждый объем — результат осмысленного художественного выбора. Затем в проект вступают мастера 3D-графики: они превращают замысел в виртуальную модель, где до миллиметра проработана геометрия будущих часов.

Циферблаты
Циферблат — лицо часов, пространство, где встречаются искусство мастера и уникальные свойства материалов. На данных моделях часов выполнен из чёрного авантюринового стекла.


Накладки: ювелирная архитектура на циферблате
Накладки на циферблате — это не просто декоративный штрих, а самостоятельные ювелирные произведения: от первой эскизной мысли до финишной гальваники каждая деталь проходит полный мануфактурный цикл. Особое место занимают ювелирные накладки из латуни с золочением с изображением Марса и Венеры. Каждая из них изготовлена вручную и дополнена тонкой гравировкой, благодаря чему часы приобретают уникальный характер и становятся самостоятельным произведением искусства.

Стрелки

Каждая стрелка рождается из эскиза художника, проходит токарные и фрезеровочные работы, обретая форму, затем — шлифовку и полировку в руках ювелира и завершает путь золочение в гальванической мастерской, дарящее стрелкам сияние, с которым время идет особенно красиво


Гравировка корпуса: эксклюзивность, заверенная резцом мастером
Декорирование корпуса наших часов — это не просто нанесение узора, а диалог мастера и материала. В основе нашей работы — техника ручной гравировки. Этот метод по праву венчает иерархию часового декорирования, ибо подлинное совершенство рождается лишь из безупречного мастерства художника-гравера.

Корпуса украшены ручной гравировкой в виде россыпи звёзд. Гравировка всех элементов и поверхностей выполняется вручную под микроскопом и занимает более 200 часов работы. Любая неточность на этом этапе может потребовать полного возвращения к началу процесса.

В отличие от холодного бездушия лазера или химического травления, пневмоштихель — лишь инструмент в руках мастера, где именно его осязание и филигранная техника позволяют «чувствовать» металл. Здесь рождается симбиоз вековых традиций и высшего исполнительского мастерства. Гравировка корпуса, выполненная вручную, превращается в знак подлинной эксклюзивности — тем штрихом, который доступен лишь избранным мануфактурам.

Гравировка ротора часового механизма — операция на грани риска.

Толщина металла — всего 40 микрон, материал обладает гибкостью, и малейшее превышение давления на него может привести к браку детали. Нижний фон мастер создает удар за ударом, миниатюрным заточенным стержнем, нанося декоративную фактуру, которая придаёт рисунку контраст и глубину.

Сборка: финальный аккорд
Декоративные накладки, прошедшие гальваническое покрытие, фиксируются на циферблате штифтами с обратной стороны — без риска смещения, с ювелирной точностью. Полностью готовые узлы передаются часовщикам для окончательной сборки. На этом этапе механизм обретает своё «тело», а часы — завершенный характер.

Сборка часов Roman Nikonov осуществляется мастерами высшей квалификации. Каждый из них прошел обучение по собственной программе внутрикорпоративной «Школы часового мастерства», обладает опытом обслуживания премиальных механизмов и работает на сертифицированном швейцарском и немецком оборудовании Witschi, Elma, Bergeon, Horotek. Производство в Санкт-Петербурге — это эталон ручной сборки уровня люкс, где экспертиза мастера становится гарантией качества, подкрепленной фамильным именем Никоновых.

В основе этих часов — механический калибр ETA 2892 с функцией автоподзавода. Этот легендарный швейцарский механизм признан эталоном надежности и точности в часовой индустрии.

Автоподзавод: Ротор обеспечивает автоматическое заведение часов при движении руки, избавляя от необходимости ручного подзавода.

Запас хода – 42 часа: Даже если часы снимете на выходные, они продолжат идти с идеальной точностью.

Водозащита: Классические часы со стандартной водозащитой 5 бар.